У ВИЧУГСКИХ ВОДОЁМОВ НЕТ ХОЗЯИНА

Лето нынче было настоящим и началось ещё в мае. Знойное солнце баловало нас почти четыре месяца подряд. Но пока душа радовалась жаре, тело изнывало и просилось в прохладную водичку. Только вот законного места для купания в Вичуге нет.

Раньше тоже не было: санитарно-эпидемиологическая служба предупреждала об опасных для здоровья бактериях, обитающих в прудовой воде. Но ребятня с утра до вечера барахталась в «лягушатниках», в которых утонуть было невозможно, разве только обзавестись вшами. Те, что постарше, купались в глубоких прудах, ныряли с разбега и бесшабашно прыгали в воду с «тарзанок». Малышня возилась у берега, вылавливая головастиков и жуков-барабанов. Лето и вода были синонимами.

Теперь обителей благоустроенных домов спасает лишь прохладный душ. А что делать жителям частного сектора? Далеко не у всех есть возможности для собственной скважины или хотя бы колодца с мощным насосом, позволяющим установить в доме и душевую кабинку, и стиральный автомат. И они по старинке берут воду из колодца, а бельё зимой и летом полощут в пруду. Хотя, найти сейчас в Вичуге более-менее чистый водоём  – задачка не для первоклассников.

О состоянии главной водной «артерии» нашего города лучше всего говорит её второе имя – не зря же прозвали Чернавкой. Фабрика к этому обидному прозвищу давным-давно почти не имеет отношения. Зато вичужане без устали заваливают берега ненужным хламом. И несёт Пезуха всю эту «таблицу Менделеева» сначала в Сунжу, а потом вместе с её водами – прямо в Волгу.

Самый большой городской пруд, изображение которого с отражёнными в воде белыми колоннами растиражировано на многочисленных открытках и фотографиях, уже давно не похож ни на гордость Вичуги, ни на его украшение. Возраст Коноваловского  перевалил за сотню лет, и с каждым годом он всё больше мелеет, зарастает тиной и мусором. У полинявших колонн фабричного бетонного корпуса ещё имеется шанс приобрести первозданное величие – как-никак он «находится под охраной государства». Есть надежда, что когда-нибудь у собственников или меценатов уровня Коноваловых найдутся средства на его восстановление.

А вот у погибающего пруда, который с этим памятником архитектуры федерального значения составляет единый гармоничный ансамбль, нет пока ни шансов, ни надежды. На сегодняшний день памятником природы он не признан. Хотя, вполне соответствует определению ФЗ “Об особо охраняемых природных территориях” от 15 февраля 1995 г. как “уникальный, невосполнимый, ценный в экологическом, научном, культурном и эстетическом отношении объект  искусственного происхождения”.

Это и не городская собственность, поэтому на его спасение нельзя потратить ни одной бюджетной копейки – точно так же, как и на остальные пруды. Оказывается, ни один водоём среди городского имущества не значится!  Потому бесхозные пруды и гибнут у нас на глазах.

Хорошо ещё, что городок у нас невелик, и за каждый клочок земли не сражаются инвесторы, как в мегаполисах. А то бы многие участки уже прикупили, осушили, засыпали водоёмы и настроили на их месте торгово-офисных монстров.

Тезинские старинные пруды – практически ровесники Коноваловского пруда. И точно так же выживают из последних сил. Тот, что в парке, катастрофически обмелел и напоминает вонючую лужицу. Самый большой и красивый пруд так заилился и зарос водорослями, что даже традиционное Крещенское ныряние здесь больше не проводится. Редеют ряды огромных сосен, которыми обсажены зарастающие камышом и рогозом берега. Гибнут вековые деревья, падая прямо в воду. Скоро местной рыбёшке будет совсем нечем дышать. Третий пруд покрылся болотной ряской и представляет интерес только для шустрой семейки каких-то маленьких водоплавающих птичек.

Пруд на ул. Большая Пролетарская тоже ветеран. Он был выкопан для новосёлов Сашинского посёлка в начале прошлого века. На памяти местных старожилов, в 1964 году водоём был вычищен бригадой с фабрики им. Ногина: спустили воду, бульдозерами разровняли дно, укрепили берега. До недавнего времени на огромных мостках здесь стирали половики и паласы жители многоэтажек. А сейчас вода покрыта плотным зелёным «ковром», рассекая который плавают утки. Птицы совсем не боятся людей, берут корм почти из рук. Как ни странно, в воде ещё водятся ротаны и караси. Воду люди со всей округи берут на полив огородов. А чтобы прополоскать бельё, им приходится сначала разгонять растительность.

Пруд, расположенный между улицами Чехова, 9 Января и Прокичевская, по соседству с территорией ЦРБ, как будто умер. В его тухлой воде, наверное, даже лягушки не водятся. Дома вокруг почти все нежилые, а местность до самой железнодорожной насыпи заболочена и заросла камышом.

Вода «СМУсовского» пруда на ул. Коровина подозрительно тёмно-коричневая. Прибрежное мелководье завалено бутылками, банками, гнилушками. Подойти к воде побрезгуют даже собаки. А когда-то, несмотря на неровное, опасное дно, здесь купались и стар, и млад.

Представители поколения тех, кому за 45, хорошо помнят водоёмы, расположенные в городском парке. Они не только являлись частью дренажной системы территории, но и были излюбленным местом отдыха детворы. Сейчас на месте бассейна заросли ивняка. И соседний пруд зарос, обмелел, заболотился.

Покрылся ряской водоём на ул. Школьная. Но здесь гораздо чище, чем во многих других местах. Руками местных жителей вокруг скошена трава, убирается мусор, на спортивно-игровой площадке поддерживается чистота. Люди готовы выйти на субботник, чтобы привести в порядок любимый пруд. Они считают, что для этого ни специальная техника не нужна, ни большие деньги. Действительно, как-то раньше чистили водоёмы, обходясь без длинноруких экскаваторов?

«Инвентаризацию» вичугского водного хозяйства проводили, пожалуй, только пожарные. Несколько лет назад они насчитали в городе 45 прудов. Оборудованных по всем правилам пожарных водоёмов нет ни одного. Лишь половину из общего количества можно считать условно пожарными – это потому, что использовать эти пруды для заправки МЧСовских машин водой можно только в летнее время. Если, конечно, они не заросли, как в этом году. Ряска и водоросли быстро забивают фильтры пожарных рукавов, и набрать воду из заросшего пруда практически невозможно. Даже из того, что находится «в нескольких шагах» от пожарной части.

Зимой же дороги к водоёмам никто не расчищает, и проруби сами собой не появляются. И надежда только на пожарные гидранты, их в городе 243 штуки. Правда, при расчистке дорог их постоянно заваливают снегом, а в морозы они частенько промерзают. К тому же от городских окраин до ближайшего гидранта добираться несколько километров. И жителям дальних улиц остаётся только молиться, чтобы там ничего не загорелось ни зимой, ни летом, ни в осенне-весеннюю распутицу.

Донести до городского руководства свою озабоченность состоянием водоёмов у пожарных не получилось. Жителей, пользующихся прудами для полива огородов и стирки белья, а также детей, которые с удовольствием бы плескались в воде, никто не слышит.

А «лишних» денег в казне, при нынешней власти, похоже, никогда не будет.